rss
twitter
    Find out what I'm doing, Follow Me :)

Эмоция.

К чему я это написал? Не знаю. Одно знаю точно, что видя в каждом человеке со всеми его странностями, слабостями и недостатками и, главное, принимая это и не осуждая то, становишься человеком. Если видишь в других людях людей, то ты человек, а если для тебя окружающие-дерьмо, то сам недалеко от вони. Учишься понимать. Понимая, учишься прощать. Прощая, упрощаешь. Все становится на свои места...

Люди превращаются в обычных людей. Скидывают маски, одежды и становятся обнаженными и чистыми. Если ты несешь свет и добро(не плодить ненависть) значит и окружающее тебя становится светлым и добрым.
Мир-хорошо, а война-плохо( в войне нет правых, все неправы и обречены). Если кто-то хочет взять в руки оружие и устроить революцию пусть отложит винтовку в сторону, зайдет в ванную комнату, закроется и передернет ствол. Это поможет снять напряжение, поверьте на слово, я знаю о чем говорю:)))
Наркотики? Гм, не знаю. Если конопля растет на планете, значит это кому-нибудь нужно.
Она? Когда я увидел эти глаза, грани восприятия исчезли, а мир показался удивительным и смешным.
Юмор? Нельзя человека принудить относится ко всему с юмором, либо он смешной, либо серьезный.
Любовь? Любовь-это закон, который и правит миром.

Таня.

Здравствуй моя единственная и неповторимая!

Глаза мои преисполнены глубокой печалью, а сердце пылает от любви к тебе. Я оглядываюсь назад и не вижу ничего светлого и интересного, о чем мог бы здесь поведать тебе.
Вся моя жизнь словно сон, кошмарная нереальная действительность. Я пишу тебе письмо, потом иду на кухню, наливаю себе кофе и понимаю, что это все во сне.
Я сплю и вижу сон. Прекрасный и волшебный сон, который никак не может закончиться. Весь мир дышит удивительным и прекрасным, я это и чувствую, но наблюдаю за всем происходящим как-будто со стороны.
Люди ходят, я люблю; машины ездят, я люблю; все течет, все изменяется, а я по-прежнему люблю тебя.
Я смотрю на мир, и мне становится грустно. Грустно оттого, что я знаю. Игра заканчивается. Неповторимое и прекрасное шоу подходит к своему логическому завершению.
Иногда я прихожу к выводу, что вся моя беготня-это не поиск тебя, а бегство от самого себя.
Я последний трус, потому что мне немного боязно любить тебя. Я боюсь встретиться с тобой, но в то же время безумно этого хочу.
Я сплел паутину безумств и разочарований, любви и ненависти, страха и боли и, как ни странно, угодил в нее сам.
Ты всегда была рядом, и я благодарю Бога за то, что ты не дала мне сойти с ума. Твоя кроткость вместе с твоей решительностью, мягкость помноженная на твердость заставляет меня преклоняться перед тобой за твою любовь. Я выкидываю белый флаг и сдаюсь в плен. Не дай мне сойти с ума, когда я ее увижу. Спасибо за любовь, извини за любовь.

Фрэнки и Джонни(продолжение7)

Думаю, на этом можно подвести линию итога. Дальше рассказывать не о чем.

Найдя в углу сарая какую-то одежду, я переоделся, сбросил с себя кровавое трепье, как змея сбрасывает кожу, начиная новую жизнь.
В сарае нашлось несколько канистр с бензином, поэтому я спокойно и безразлично разлил его по внутреннему помещению. Затем, откачав из машины еще бензину, я разлил его вокруг, не забыв и о машине. Отступая к дороге, я расплескивал бензин, пока он не закончился. Закурив, я постоял минуту в раздумье и бросил окурок в траву.
Это было волшебное зрелище: огненная дорожка, бегущая к сараю. В начале огонь забрался на машину, показав безумную пляску смерти, затем дальше двинулся к сараю. Один миг, и мастерская была в огне. Стало так тепло, что я рассмеялся.
Прощай Фрэнки и парень в женской одежде. Пусть ваши души отправляютя куда хотят, плевать я хотел на вас.
Что ж, пора и мне сматываться! Отойдя на некоторое расстояние, мне вдруг ужасно захотелось закурить. Засунув руку в карман, я достал пачку сигарет, зажигалку и ...белый конверт. Обычный белый конверт. Такие конверты мы с мамой получали каждое Рождество от тети Эстер...
Как вы уже догадались, там были деньги. Две штуки баксов.
- Отличная работа, Джон,- ухмыльнулся я самому себе.
Я пошел по дороге, продолжая улыбаться непонятно чему. Через некоторое время я остановил грузовик и попросил подвезти.
- Слушай, парень, вообще-то я еду в Лос-Анжелес,-сказал водитель.
" Какая разница, если город отличный, почему бы и нет",-подумал я, а вслух сказал:
- Здорово, значит нам по пути............

Фрэнки и Джонни(продолжение6)

Дальнейшее помню смутно. Помню, что нанося удар за ударом и видя как разлетаются в стороны зубы, черепные кости, куски его гребаных мозгов, я повторял ему одну единственную фразу:"Что же ты не улыбаешься Фрэнки, а? Ну же, улыбнись, улыбнись".

- Улыбайся, гнида,- орал я, но "гнида" не могла больше улыбаться. Я выпустил ее душу на волю и не жалел об этом.
Наконец я остановился. Мне не хватало воздуха, и я расстегнул рубашку. Затем отбросил в сторону молоток и осмотрел себя.
Кровь Фрэнки была повсюду: на руках, одежде, лице. При мысли, что на моем лице кровь Фрэнки меня стошнило. Блевал я минут пять. Пока не выблевал, как мне казалось, свой желудок.
Вытерев рукавом рубашки рот, я осмотрел результат своего труда. Еще минуту я стоял, как стоял бы великий художник, глядя на свое небесное творение. Странно, но мне не было страшно или жалко, или еще что-нибудь. Меня переполняла какая-то странная гордость: черт возьми, могу же, когда захочу.
Мне казалось, что я перешагнул невидимую черту, черту,которую никогда не перешагнуть обратно. Теперь только вперед и будь, что будет. Вот, что я чувствовал, но самое главное, что я не боялся этого чувства, я стал выше этих чувств. Они остались где-то внизу, моля меня вернуться и покаятся. Но я плевать на них хотел. Фрэнки и Джонни(продолжение7)

Фрэнки и Джонни(продолжение5)

Голос становился все громче и громче, сердце стучало словно сердце загнанной лошади. Необходимо было это прекратить, остановить любой ценой. "Заткнись, сука,- сказал я себе,- заткнись твою мать".

Все еще сжимая в руке молоток, я шагнул к парню. Потом, присев на корточки, заглянул ему в глаза.
Для парня все было кончено. Его невидящий взгляд остановился на какой-то точке за моей спиной, понятной только лишь ему одному. Я сидел и смотрел на него. Смотрел, смотрел на то, что еще полчаса назад было разумным существом. Ходило, улыбалось, разговаривало, но теперь превратилось в груду остывающей мертвой плоти. Где его душа? Вознеслась ввысь или смотрит сейчас мне в спину укоризненным взором?
От этих мыслей у меня мороз пошел по коже. Боже! Что я здесь делаю? Надо валить отсюда, чем быстрее, тем лучше!
Какой-то звук у меня за спиной заставил меня вздрогнуть. Я медленно повернул голову. За моей спиной стоял Фрэнки. В его руке не было пистолета.
- Джонни, надо убираться отсюда,- зашептал он.
Я посмотрел на него, и, вдруг, волна глубокой ненависти накрыла меня с головой.
- Убираться?,- переспросил я,-значит все-таки убираться?
Затем шагнув к нему, я рубанул молотком наотмашь. Фрэнки, издав гортанный звук, рухнул на колени. Он и не думал сопротивляться. Подняв руки кверху, он застыл в позе кающегося грешника. Фрэнки и Джонни(продолжение6)